Екимов Петр Екимович


Екимов Петр Екимович
Екимов (Акимов, Якимов) Петр Екимович. Происходил, по-видимому, из духовного сословия. Ок. 1752 был определен в Новгородскую дух. семинарию; в 1757 явился в Петербург и лично И. И. Шуваловым был принят в Моск. ун-т, скорее всего в гимназию для разночинцев; затем студент университета, специализировался в греч. и лат. языках. В 1765 стал известен императрице Екатерине II, которая уже 8 янв. 1765 распорядилась определить Е. в статскую службу с обер-офицерским чином. Ссылаясь на это распоряжение, Е. 4 февр. обратился с просьбой на высочайшее имя зачислить его переводчиком в Синод, приложив аттестат от бывшего синодального переводчика Г. А. Полетики (от 31 янв. 1765), свидетельствовавший, что Е. в греч. и лат. языках «хорошее знание имеет и с оных на российский язык изрядно переводить может». 10 авг. Е. по сенатскому указу был назначен в Синод «к переводческим делам» с чином губернского секретаря (ЦГИА, ф. 796, оп. 46, № 43). Осенью 1766 Е. был официально отчислен из Моск. ун-та. К 1768 Е. подготовил и представил в Акад. типографию переведенный им, очевидно, с лат. языка «Храм древностей» (1771; 2-е изд. 1784) – толковый словарь персонажей античной мифологии, включающий также несколько библейских имен. Не исключено, что при переводе Е. пользовался не одним, а несколькими источникам. 14 окт. 1769 Е. подал вторичное прошение императрице об определении на оставшуюся вакантной должность синодального переводчика, с повышением в чине и жалованье. 13 авг. 1770 архимандрит Платон Левшин доложил Синоду, что он «опробовал» Е. в греч. переводах и тот «переводить может». Однако указав на то, что Е. не знает новейших языков, Синод 26 янв. 1771 отложил решение по его прошению (ЦГИА, ф. 796, оп. 47, № 288; оп. 50, № 368). Для Е. это, по-видимому, было тяжелым ударом, т. к. в 1771–1772 заимодавцы (в т. ч. В. Н. Каржавин) предъявили ко взысканию его векселя на сумму ок. 500 р. (ЦГИА, ф. 796, оп. 52, № 364). К 1775 Е. ушел из Синода в штат Гл. магистратской конторы Петербурга. В это время Е. уже работал над переводом «Илиады»: в 1770 Екатерина II писала Вольтеру, что Гомер переводится на рус. язык. Перевод осуществлялся по программе изданий Собрания, старающегося о переводе иностр. книг, руководимого Г. В. Козицким, от которого Е. в 1773–1776 получал частями гонорар. Первые 12 песен «Илиады» были завершены к 1773 и напечатаны О-вом, старающимся о напечатании книг Н. И. Новикова, к которому перешли рукописи собрания. Поскольку Новиков не сумел оплатить тираж, издание осталось за Академией наук, которая постановила «уничтожить по некоторым обстоятельствам в ч. 1 предисловие и на его место напечатать другое», книгу же не выпускать в продажу до публикации ч. 2 и поднесения императрице. Перестав получать поддержку от собрания, Е. в завершении перевода был поощряем Г. А. Потемкиным, определившим его на службу во вновь образованное Екатеринославское наместничество переводчиком с греч. языка при губернской канцелярии Азовской (затем Екатеринославской) губ. (1778–1783). В 1775 Ип. Ф. Богданович сообщил в академическом журнале «Собр. нов.», что «“Илиада” назначена в печать» (нояб., с. 102), а в 1776 дал общую оценку перевода: «Перевод Омировых, или Гомеровых, стихотворений, ныне издаваемый, может служить некоторою эпохою российских словесных наук, кои преподают нам красоты славного греческого творца в их, так сказать, природном изображении и обещают нам своих собственных Гомеров» (дек., с. 44). Ч. 1 «Омировых творений» вышла с датой «1776» на титульном листе; ч. 2 датирована 1778; к февр. 1777 Екатерина II уже читала книгу и сообщала Вольтеру, что «все хвалят перевод». Историческое значение перевода Е. состоит не только в ознакомлении рус. читателя с греч. классиком, впервые переведенным с языка оригинала. Несмотря на прозаическую форму перевода, Е. положил нач. традиции «возвышенной» интерпретации Гомера. Стилистически следуя за поздним В. К. Тредиаковским (установка на церковнослав. язык, широкое использование двусоставных эпитетов и т. п.), E. вместе с тем не просто воспроизводил «высокий стиль», но вводил в него элементы слога популярных произведений старинной письменности (переводы «Истории о разорении Трои», «воинские» повести). Как полный в весьма точный «русский Гомер», перевод Е. был долго и широко известен; о нем еще в 1808 упоминал журнал «Драм. вестн.» (ч. 5, с. 13). С др. стороны, после опыта стихотворного перевода Е. И. Кострова усилилось критическое отношение к нему. Язвительные строки посвятил Е. в своем трактате об искусстве перевода В. В. Голицын (1809): «На заглавном листе сказано, что он <Гомер> переведен с греческого языка: вероятно, с какого-нибудь новейшего, которого мы не разумеем. Чтоб он переведен был с древнего греческого подлинника – быть не может! Здесь нет и тени Гомера!». Вместе с тем перевод Е., при всем его архаизме, внимательно читал и использовал Н. И. Гнедич, заимствовав из него ряд характерных словосочетаний и эпитетов. Из «репорта» Е. (от 23 марта 1786 – ГПБ, ф. 609, № 10, л. 140–141) правителю наместничества И. М. Синельникову с жалобой на неуплату определенного ему Потемкиным жалованья известно, что в сент. 1779 Е. поднес Потемкину прозаический перевод «Одиссеи», а до этого трижды приезжал в Петербург для поднесения отдельных песен поэмы. Перевод был передан в Академию наук и упоминается в отчете С. Г. Домашнева при сдаче академических дел в 1783; сохранилась расписка Е. в получении от Академии денег в счет этого перевода. В 1802 И. И. Лепехин, проверявший после Домашнева наличие рукописей, передал манускрипт Е. (без песен 4–5) в Рос. Академию (совр. местонахождение неизв.). А. Н. Егунов привел убедительные стилистические аргументы в пользу атрибуции Е. издания «Одиссея, героическое творение Омира» (1788, ч. 1–2); обычно оно без особых оснований приписывалось Моисею Гумилевскому или П. И. Соколову, лишь отредактировавшему текст издания 1788 для переиздания 1815 (под загл. «Одиссея, или Странствования Улисса, героическое творение Гомера»; 2-е изд., вновь испр.). В упомянутом «репорте» Е. сообщал также, что он трудится над переложением «Илиады» в стихи и начерно подготовил ч. 1, которая «состоит в большем против прозы количестве». Никаких следов этого начинания не сохранилось. Одновременно Е., обремененный семейством, жаловался на ослабевшее зрение и большую бедность, заставившую его распродать «самонужнейшие и малые вещи». С 1784 Е. служил секретарем уездного суда в г. Мирополье Харьковской губ., нисколько не повысившись в чине (упоминается то под фамилией Якимов, то Акимов). После 1795 имя Е. исчезает из «Адрес-календарей». Лит.: Семенников. Собрание, старающееся о переводе книг (1913); Семенников. Мат-лы для словаря (1914); Пенчко. Документы, т. 1 (I960); Егунов А. Н. Гомер в рус. пер. XVIII–XIX вв. М.; Л., 1964.
С. И. Николаев, В. П. Степанов

Словарь русского языка XVIII века. — М:. Институт русской литературы и языка. . 1988-1999.


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.